НАЦИОНАЛИЗАЦИИ АЛЬТЕРНАТИВЫ НЕТ

Авен Петр Олегович

Авен Петр Олегович
...Нищета — не наша забота!

Газета "Аргументы и Факты", выпуск №41, 13.10.2004 г.

Петр Олегович Авен родился 16 марта 1955 года в Москве. Дед Авена был латышским стрелком, отец — профессором, членом-корреспондентом АН СССР, специалистом в области вычислительной техники.

Вот что рассказывал один из учившихся с Авеном в параллельном классе:

На первом родительском собрании, родителей наших строго предупреждали, что если они будут привозить детей на уроки на машинах, то высаживать чад нужно квартала за два от школы. Вот и останавливались черные "Волги" в полкилометре от школы, на задворках универмага "Москва" что на Ленинском проспекте. Хотя Петю Авена на машине не часто подбрасывали. Отец его, академик, из семьи репрессированных был, видать побаивался. А сам Петя уже не боялся, он отличался одеждой: всегда модной, супердорогой и очень яркой

Так что аристократия была не родовая, а номенклатурная. Точнее, научно-номенклатурная. Московскую физико-математическую школу №2 ее выпускники до сих пор без тени иронии называю не иначе, как советским "Царскосельским лицеем".

А ещё эту школу называли массонской ложей, после ее окончания выпускникам выдавался специальный значок, он посильнее многих орденов был. Надевают его многие выпускники до конца жизни, на всякие важные тусовки. По нему определяются "свои". Если ты, имея этот знак, обратишься с просьбой к так сказать коллеге, он тебе обязательно поможет. В школе этой, ко всему прочему, девяносто процентов учеников и учителей были евреями. И как раз тогда один из ведущих учителей эмигрировал в Израиль. Начались проверки, несколько учителей выгнали, они тоже эмигрировали. Проверять, по тем временам, конечно, было что: школа была насквозь антисоветской и сионистской. Бывший учитель литературы Герман Фейн в эмиграции работал начальником русской редакции "Немецкой волны", еще один учитель литературы Анатолий Якобсон – был знаменитым еврейским писателем и литературоведом, автором десятков книг, учитель физики Яков Мозганов создал в Израиле сеть физико-математических школ "Мофет".

Большинство выпускников "Второй школы" сейчас живет и работает в США, Израиле, Канаде, Англии и Германии. Они часто обсуждают свою молодость на интернетовских сайтах. На одном из них было найдено описание того, как воспитывались одноклассники Пети Авена:

Основная мода состояла в том, что ученикам внушался "гарвардский комплекс": "мы - второшкольники, мы должны во всем и всегда быть круче дебилов, учащихся в обычных школах".

Некий Кац пишет на одном из интернетовских форумов:

В школу КГБ из выпуска Авена поступило человека по два из каждого класса — и никто им вслед не плевался: они были отличниками.

Как и большинство одноклассников, которые пошли в МГУ и МИФИ продолжать династии математиков и физиков, Петя Авен в 1972-м году поступил в МГУ на экономический факультет, чтобы заняться математическими методами анализа экономики. Как раз в это время папа его стал преподавать по совместительству, на только что созданной кафедре "Промышленная электроника и вычислительная техника" Московского технического института пищевой промышленности. Институт готовил "дефицитных" специалистов для мясокомбинатов и кондитерских фабрик. Тогда уже профессор Олег Авен по основной работе был начальником отдела Института проблем управления Академии наук СССР и являлся генеральным конструктором АСУ "Морфлот СССР". Так что понятно, почему Петя Авен не чистой наукой решил заниматься, а прикладной.

Функциональное шкалирование Березовского

Вместе с папой Авена в ту пору в институте работали такие известные сейчас Лондонские сидельцы как Борис Абрамович Березовский, Юлий Дубов и подельник их Красненкер А.С.

В интервью газете клуба выпускников экономического факультета МГУ Петр Авен как-то заявил:

Мои надежды, связанные с учебой в МГУ, полностью оправдались. Самым неизгладимым и прекрасным воспоминанием на всю жизнь осталось начало учебы, начало студенческой жизни. Своим Учителем я хочу назвать академика Станислава Сергеевича Шаталина. Со многими сокурсниками мы стараемся поддерживать отношения, и некоторые из них работают вместе со мной.

Кандидатскую диссертацию Пётр Авен действительно писал у Шаталина. Но был у него и второй учитель, в то время, когда Авен-младший "замахнулся на докторскую". Будущий текст докторской диссертации "Функциональное шкалирование" он выпустил в 1988 году под редакцией того самого Березовского.

А "нарабатывал" он докторскую с 1981 года во Всесоюзном научно-исследовательском институте системных исследований АН СССР, сначала в качестве младшего, а затем старшего научного сотрудника. В комнате вместе с ним сидел Егор Тимурович Гайдар, с которым он познакомился в аспирантуре МГУ, по соседству — Александр Жуков (нынешний вице-премьер), Александр Ослон ("придворный" социолог бывшего главы кремлевской администрации "от семьи" Александра Волошина). В лаборатории ВНИИСИ набирались и обрабатывались базы данных по всем отраслям народного хозяйства СССР. И доступ к этим базам, а также умение с ними работать, много раз оказывали Пете Авену неоценимую помощь. Первый серьезный опыт работы с ними пригодился сразу же, как открылся "железный занавес" и Пётр поехал в 1989 году работать ведущем научным сотрудником в венский Международный институт прикладного системного анализа. Правда, пока он оставался на двух стульях: работая в Австрии, Авен числился советником Министерства иностранных дел СССР.

А за четыре года до отъезда в Вену Егор Гайдар повез Петра в Ленинград, на заседание неофициального кружка ученых-экономистов, лидером и одним из основателей которого был только что получивший диплом Ленинградского инженерно-экономического института 24-летний Анатолий Чубайс. Чуть позже к кружку присоединились будущий вице-губернатор Петербурга, ныне убитый Михаил Маневич, будущий глава ФКЦБ Дмитрий Васильев, будущий вице-премьер Александр Шохин, будущий президентский советник Андрей Илларионов и будущий глава ЦБ РФ Сергей Игнатьев. На заседаниях кружка часто появлялись будущий председатель Госкомимущества России Альфред Кох и будущий вице-премьер Алексей Кудрин.

Звездным моментом для экономистов-кружковцев стали августовские события 1991 года. Борис Ельцин поручил Геннадию Бурбулису подобрать кандидатуры для будущего правительства, Бурбулис позвал Егора Гайдара. Гайдар привлек всех остальных участников московско-питерского кружка. Петру Авену предложили пост председателя Комитета внешнеэкономических связей в ранге первого заместителя министра иностранных дел РСФСР. Но работа комитета была автономной и Авен, фактически, занял министерский пост. А уже в январе 1992 года возглавил вновь созданное Министерство внешних экономических связей РФ. А с мая по сентябрь был одновременно председателем Межведомственной комиссии по ГАТТ (Генеральное соглашение по тарифам и торговле).

На новом посту Авен очень оптимистически высказывался о внешнеторговых перспективах России. Не без подсказки отца он заявлял, что, наращивая качество российских изделий за счет высоких технологий советской оборонной промышленности и получаемых с запада, Россия может претендовать на восстановление прежних связей не только с традиционными партнерами из Азии, Африки и Латинской Америки, но и с предприятиями Восточной Европы. Говорил, что оружие — тоже товар, на нем нужно зарабатывать деньги. И основной ролью его министерства в этом процессе была продажа квот и лицензий на внешнеэкономическую деятельность, а также контроль правильности их применения.

В многочисленных биографических справках всегда присутствуют высказывания Авена о том, что нужно зарабатывать на продаже оружия. Спору нет, торговать оружием должны профессионалы. Тем более, что среди них в то время оказалось немало однокашников и однокурсников Авена и друзей семьи его отца.

Финансы Петра Авена

22 декабря 1992 года Авен подал в отставку с поста министра. Его пресс-секретарь Павел Кариков тогда заявил:

Авен считает свой уход предопределенным отставкой Гайдара и не видит для себя возможности работать в правительстве Черномырдина. Он никуда не собирается уезжать и вернется в науку.

24 декабря отставка была принята.

В науку Петр Олегович так и не вернулся. Уже на следующий день, 25 декабря, он вернулся к своим бывшим научным руководителям — Березовскому, Дубову и Красненкеру в должности советника президента АО "ЛогоВАЗ". Где и проработал чуть больше года, до 28 февраля 1993-го.

В марте 1993 он создал и возглавил компанию "Финансы Петра Авена" (ФинПА), которая была зарегистрирована как финасовая консультационная компания, дающая консультации прежде всего по сделкам с ценными бумагами. "Я знаю механизмы принятия решений в правительстве и не скрываю этого",- комментировал Авен тогда же свое решение заняться консалтингом. Как рассказал чуть позже сам Авен, "ФинПА" занялась ликвидными долговыми обязательствами государства, а точнее консультированием покупателей российских долгов по всем аспектам подготовки сделки, кроме вопроса цены, "ФинПА" заняла сегмент рынка, на котором у нее ни в то время, ни много позже вообще не было конкурентов.

Мы делали свопирование внутреннего долга на внешний, то есть обмен внутренних обязательств на внешние. Мы скупали долги, которые сейчас проплачиваются: государство имеет некий долг предприятиям и не может его отдать, потому что страна, которая должна отдать, не платит. Сейчас мы покупаем эти долги предприятиям, а потом, когда государство возмещает долги, деньги приходят к нам. Подобного типа сделки никто не делал – ниша была пустая.

Если перевести это на русский язык, то Петр Олегович стал приторговывать информацией, к оторую получил, возглавляя МВЭС и связями со своими бывшими сослуживцами. В ФинПа он взял с собой профильных носителей информации из МВЭС и даже его министерский водитель вскоре пересел с "Волги" на бронированный "Мерседес 600" от ФинПА.

У юной компании хватило денег, чтобы принять участие в финансировании предвыборного блока Егора Гайдара "Выбор России". 12 декабря 1993 Авен был избран депутатом Государственной Думы РФ по списку блока "Выбор России". Однако 4 января, до начала работы Думы, отказался от мандата. Как говорит сейчас, не пожелав оставить пост генерального директора ФинПА.

В 1994 году на Авена вышел Михаил Фридман. Фридману, выходцу из небогатой еврейской семьи, приехавшему покорять Москву из Львова, постоянно приходилось бороться с собственными комплексами и пробиваться наверх. В то время его не устраивал статус банкира второго эшелона, и ему позарез нужны были связи бывшего высокопоставленного чиновника. И он купил эти связи у Авена. Отдав Фридману 50% акций ФинПА, Авен стал обладателем 10% акций "Альфы". Для него специально создали пост президента "Альфа-банка".

Но уже в 1994 году Петр Олегович доказал, чего стоят связи во властных структурах. Есть мнение, что, узнав через своих людей в правительстве о надвигающемся обвале рубля, он помог "Альфе" навариться на "черном вторнике", а в одном из интервью после этого гешефта, заметил, что больше всего на кризисе выиграло правительство - с него и спрос. Не без влияния Авена "Альфа" купила 40% акций ТНК - Тюменской нефтяной компании. "Альфа" оказалась едва ли не единственным в разгар кризиса банком, продолжавшим рассчитываться по обязательствам и выплачивать деньги частным вкладчикам. Впрочем, близкий к Кремлю (по слухам) МДМ тоже не особенно пострадал... Любопытно, что его возглавляет своего рода младший двойник Авена - другой выпускник второй физматшколы Андрей Мельниченко.

Заместитель Фрадков

В 92-м Пётр Авен пригласил к себе в заместители Михаила Ефимовича Фрадкова, который до этого работал заместителем Постоянного представителя России при ГАТТ. Через год Фрадкова повысили до должности первого заместителя министра Внешнэкономических связей. Через десять лет Госдума утвердила Фрадкова в должности премьер-министра Российской Федерации.

В начале 90-х компания Михаила Фридмана "Альфа-Эко" поставляла сахар, чай и ковры из Индии. Чай закупали в том числе за счет государственных долгов. Фирма имела крупные контракты такого рода. Есть все основания полагать, что Авен и Фрадков оказывали поддержку Михаилу Фридману, будучи замминистра внешнеэкономических связей.

В 90-х годах "Альфа-банк" подключился к операциям с зарубежными долгами России. В те времена долги скупали за 25-30 процентов от их стоимости. В Минфине банк поддерживал Михаил Касьянов (был главным переговорщиком по российским долгам на Западе). Он составлял списки первоочередных российских долгов, в которые попадали долги "Альфа-банку". По поводу операций с долгами возбуждали уголовное дело, которое также было закрыто. Наверняка Авен и Фрадков знали об этой практике, а может даже и участвовали в ней.

В 1992-м случилась неприятность с отчетом международной детективной компании "Кролл" о так называемом - золоте партии - выводе финансовых и прочих ресурсов из СССР. К договору с "Кроллом" и представленному отчету имели отношение председатель российского правительства Егор Гайдар и министр внешнеэкономических связей Петр Авен. За отчет заплатили $1 млн. 500 тыс. из бюджета. Документ бесследно исчез.

Когда Фрадков был заместителем Авена, министерство курировало приватизацию крупных внешнеэкономических предприятий СССР: Союзнефтеэкспорт (до 70 процентов сделок по экспорту нефти), Техмашимпорт, Новоэкспорт, Продинторг, Тяжпромэкспорт, Техно-промимпорт, Технопромэкспорт. Зарубежная собственность Союзнефтеэкспорта (теперь нефтяная компания "Нафта") составляла $1 млрд. Приватизировали менее чем за $2 тысячи. Акции распространялись по закрытой подписке среди бывшего руководства предприятия и министерства, после чего "Нафту" сразу освободили от уплаты экспортной пошлины на нефть.

Когда министерство под руководством Петра Авена выдавало разрешения на внешнюю торговлю, руководство министерства делегировало это право администрации Санкт-Петербурга. Внешнеэкономической составляющей там распоряжался Владимир Путин, и он получил право выдавать лицензии. После этого особые преимущества в Санкт-Петербурге возникли у отдельных фирм (к примеру, известная "SPAG" - внешнеэкономическая деятельность, "Интеркоммерц-Формула-7", "Невский дом", "Фивекор" - вывоз нефтепродуктов, "Святослав" - вывоз хлопка, "Джикоп" - вывоз редких металлов, СП "Интервуд" - экспорт пиломатериалов). А те, кто их возглавлял или учреждал (к примеру, Владимир Смирнов), со временем стали не посторонними людьми для президента РФ, получали должности в его администрации или занимали хорошее место на рынке.

В марте 1993-го Фрадков вошёл в межведомственную комиссию по стимулированию промышленного экспорта. К следующему году "Альфа-Эко" экспортировала до 10 млн. тонн нефти в год. В декабре 1993-го Фрадков входил в продовольственную комиссию России. "Альфа-Эко" получила правительственный контракт на ежегодные поставки 1,5 млн. тонн российской нефти в обмен на 500 тыс. тонн кубинского сахара.

В июне 1994-го Фрадков входил в комиссию по защите госинтересов, прав потребителей и отечественных товаропроизводителей в сфере производства и реализации алкогольной продукции. "Альфа-Эко" стала лидером по продаже в России молдавских вин.

В 1997 году Фрадков был уже министром внешнеэкономических связей и торговли. Тогда же компания Фридмана "Альфа-Эко" предложила за 40 процентов акций Тюменской нефтяной компании $810 млн. Счетная палата пришла к выводу:

Не учтена стоимость извлекаемых запасов нефти и газа, находящихся на балансе ОАО "ТНК". Цена продажи указанного пакета акций занижена минимум на $920 млн.

По результатам проверки Генпрокуратура возбудила уголовное дело, которое вскоре закрыли.

"Золотой ключик"

В конце 90-х Пётр Олегович Авен приобрёл бывшую дачу знаменитого советского писателя Алексея Толстого.

В феврале 1997-го в администрацию президента пришло письмо от генерального директора "Жуковки" Владимира Рябенко с просьбой дать согласие "на продажу дачи № 2 1935 года постройки и хозяйственных построек в Барвихе по цене не ниже балансовой стоимости гражданину Авену П.О., учитывая инвестиции гражданина Авена П.О. в строительство объектов ГУП "Оздоровительный комплекс "Жуковка".

Спустя две недели ходатайство гендиректора поддержал председатель Госкомимущества Альфред Кох. И буквально Рябенко получил из администрации президента резолюцию: "Прошу решить положительно. Оформить".

И вот тут началась самая интересная часть этой приватизационной эпопеи: оценка федеральной собственности. По балансовой стоимости, разумеется. Знаете, есть примета: если тебе дарят нож, за него надо обязательно заплатить хотя бы копеечку. Так и с госсобственностью. Бесплатно отдать банкиру Авену дом в Барвихе как-то "перед ребятами неудобно", а по балансовой стоимости – можно, это уже инвестиции. Не будем гадать, какой деловой разговор произошел между банкиром Авеном и гендиректором "Жуковки" Рябенко, но в итоге знаменитая дача Алексея Толстого со всем прилегающим к ней хозяйством перешла в собственность Петра Олеговича всего за $200 тыс. Для справки: одна земля в районе президентской Барвихи стоит сейчас не менее $15 тысяч за сотку. Посчитайте, на скольких сотках умещается 1110 квадратных метров асфальтированных дорожек.

После публикации этой статьи об этом редакция газеты "Совершенно секретно" получила от Авена письмо с гневным опровержением, что заплатил он за дачу не 200, а целых $800.000. В письме Авен в издевательском тоне попрекал главного редактора "Совершенно секретно" Артема Боровика, что тот привык все получать по номенклатурному блату, а он, как человек "новой формации" за все привык платить. Суммой в $800 тыс. заинтересовалась федеральная налоговая полиция - а заплатил ли дачник из "Альфы" налоги. Но данная сумма Авеном была оформлена как инвестиционный взнос, налоги с нее не взымались. А все расчеты велись через его родной банк, то есть деньги попросту переложили из одного кармана в другой. И больше с опровержениями Петр Олегович не обращался.

Дачу Алексея Толстого Авен в интервью назвал "деревянной". Он говорит, что "в его деревянный дом, пусть большой и красивый, может прийти любой его университетский товарищ, потому что в доме нет золота и антиквариата".

Ущемленное достоинство

Журнал "Лица", как и другие издания, которые входят в холдинг "Совершенно секретно", еще лет сто будут писать об Авене только то, что он сам захочет. Владельцам "Альфа-групп" три года назад удалось выиграть у вдовы Артема Боровика иск о защите чести, достоинства и своей деловой репутации. Журналист холдинга в слишком резкой форме написал, что Авен, якобы, был причастен к транспортировке наркотиков через Россию и, якобы, когда работал внешнеэкономическим министром, брал комиссионные с фирм, торговавших российским оружием. Когда Авену и Фридману удалось выиграть по иску почти полмиллиона долларов, вдова Боровика дала знать через общих знакомых, что "готова на все". Авен не преминул воспользоваться, и теперь все издания вдовы регулярно публикуют хвалебные статьи об Авене и всех его мероприятиях. Особенно в области шоу-бизнеса. В них с предыханием рассказывается, как Авен организует в России гастроли иностранных поп-звезд, и что ему даже удалось пригласить к нам Элтона Джона.

Но чем же теперь еще заниматься Петру Авену, кроме организации шумных фейрверков в честь Элтона Джона и раздаванием интервью о богоизбранности олигархов. Ну, вот еще, как председатель попечительского совета Большого театра пролоббировал постановку оперы на либретто скандального писателя Владимира Сорокина "Дети Розенталя".

Регалии

Пётр авен является президентом Альфа-Банка с 1994 года. Курирует стратегические вопросы развития Альфа-Банка, контакты с деловыми и правительственными кругами России и стран зарубежья.

Председатель Совета директоров Golden Telecom, Сопредседатель Совета директоров "СТС Медиа". Входит в состав Совета по конкурентоспособности и предпринимательству при Правительстве РФ, является членом Попечительского совета Национальной организации по стандартам финансовой отчетности.

С апреля 2006 года входит в состав правления Российского союза промышленников и предпринимателей.

Также Пётр Олегович является членом Попечительского совета Российской экономической школы и членом Попечительского совета Большого театра.

Торговец связями

Петр Олегович Авен накопил миллиарды долларов, поработал министром, купил себе дачу Алексея Толстого, сотни книжек с автографами знаменитых русских писателей, сотни картин русских художников, а аншлага дождался совсем в неожиданном месте: после интервью "Нищета - не наша забота! " газете "Аргументы и факты" в октябре 2004 года. "Богатство - отметина Бога. Это аксиома протестантской этики. Раз ты богат, значит, Бог к тебе благоволит - если, конечно, ты не украл, а заработал. Я живу по простым принципам: считаю, что если ты здоров и вдруг беден (не считая пенсионеров и детей), то это стыдно сегодня… Богатые нравственнее бедных хотя бы потому, что они могут позволить себе больше. Они свободнее в поступках" - это откровение олигарха, если посмотреть в интернете, на разный лад цитировали по всей стране журналисты, политики и простые смертные.

Впрочем, мистер Авен в том интервью снизошел таки и до простых смертных, когда пожаловался, что жил в детстве в коммунальной квартире с очередями в туалет. "Я вырос в обычном московском дворе и не буду надувать щеки, будто я из родовой аристократии. Вся эта распальцовка для бизнеса помеха. Как раз успеха в нем добиваются те, кто лучше понимает "галерку"... Я легко нахожу общий язык со всеми. Например, на охоте, когда встречаюсь с егерями".

Однако слукавил Петр Олегович и на этот раз.