НАЦИОНАЛИЗАЦИИ АЛЬТЕРНАТИВЫ НЕТ

Крах американской энергетической компании ENRON

Логотип ENRON

Корпорация «Энрон» возникла в 1985 г. в результате слияния двух газовых компаний из Техаса и Небраски. Она стала первой компанией, обладающей всеамериканской сетью газовых трубопроводов. Вначале компания специализировалась только на газе, но со временем занялась и электричеством. Постепенно она перенесла свою деятельность и в область торговли.

Корпорация успешно освоила рынок энергетических фьючерсов и производных ценных бумаг. Впоследствии это придало ей значительную финансовую маневренность. Вскоре она стала крупнейшим трейдером на рынке электричества, а в 2001 г. даже заняла седьмое место в престижном рейтинге «Форчун 500». В компании к тому времени уже работали 22 тыс. сотрудников в 40 странах мира!

Отметим, что в 90-х годы энергетическая отрасль США была освобождена от чрезмерного государственного контроля. Поэтому, занимая доминирующее положение на рынке, компания «Энрон» получила возможность манипулировать ценами на электричество в масштабах всей страны.

Будучи корпорацией национального масштаба, она не могла оставаться и в стороне от политики. У нее были широкие связи в политических кругах, особенно в республиканской партии. Достаточно сказать, что президент «Энрона» Кеннет Лей считался личным другом Джорджа Буша-младшего. И, фактически, корпорация была спонсором номер один нынешнего президента США в его политической карьере вообще и в избирательной кампании в частности.

Денежные взносы щедро раздавались на предвыборные нужды различных политических деятелей: как республиканцев, так и демократов. На эти цели, по оценкам экспертов, всего лишь в период в период 1989–2001 гг. было выделено около 6 млн. дол. Только на нужды Джорджа Буша-младшего, еще во время его губернаторства, корпорация пожертвовала более 600 тыс. дол., а еще 300 тыс. — на инаугурацию. В руководство «Энрон» в прошлом входили многие высокопоставленные сотрудники президента США.

Поэтому неудивительно, что компания получила беспрецедентную долю в государственных поставках электроэнергии и большие налоговые льготы. Кроме того, за нею было решающее слово при выборе лиц, ответственных за регулирование энергетического рынка (тех, кто призван осуществлять надзор за самой корпорацией).

Схема аферы

Но, пока нет особых причин возмущаться ловкими бизнесменами. Всё вышесказанное, в целом, соответствует американскому законодательству. Так, предвыборные взносы делались не «втемную» (как это принято в некоторых других странах), а банковскими переводами. Всё это находило соответствующее отражение в отчетности: как плательщиков, так и предвыборных штабов.

Мошенничество компании заключалось в другом: в ее бухгалтерских операциях. Руководством компании была разработана и воплощена в жизнь сложнейшая схема сокрытия определенных данных не только от общественности, но и от акционеров и инвесторов. Делалось это с целью искажения истинного финансового положения корпорации.

Были созданы не единицы, а тысячи юридических лиц, преимущественно офшорных компаний и товариществ. Например, по одному только юридическому адресу (Джорджтаун, а/я 1350) на Каймановых островах было зарегистрировано 692 дочерних компании энергогиганта. Думаете, «липовые» фирмы? Не всё так просто.

Все эти офшорные компании были созданы совершенно законно, с подачей соответствующих отчетов в налоговые органы США. И, кроме того, офшорная деятельность «Энрон» была одобрена ее советом директоров, адвокатами и внешними аудиторами — фирмой «Артур Андерсен».

Хотя придуманная схема представляется необычайно сложной, на самом деле, она довольно проста. С одной стороны, сделки с электроэнергией, проводимые через дочерние компании, давали возможность «раздувать» себестоимость и, соответственно, — продажную цену электричества. С другой стороны, на офшорные фирмы оформлялись долги корпорации, которые она не хотела афишировать.

Надо сказать, что американский закон довольно строг в отношении офшорных операций. По существующему законодательству о так называемых контролируемых иностранных корпорациях предусматривается принудительное включение доходов офшорных компаний в налогооблагаемый доход их американских владельцев. Поэтому в США невозможно просто сбросить прибыль в офшор с целью неуплаты налогов, и остаться при этом (хотя бы формально) в рамках закона.

Но мошенникам из «Энрон» это было и не нужно. В офшоры сбрасывались не прибыли, а убытки. Возникает вопрос — зачем? Это позволяло значительно улучшить финансовые показатели корпорации, а значит — росли в цене ее акции. Корпорация захватывала всё большую долю рынка. Это позволяло ее руководству и сотрудникам получать многомиллионные премиальные. Естественно, что росла и стоимость пакетов их акций в собственной компании.

А параллельно некоторые работники успевали получить прибыль и от торговой деятельности офшоров, через которые шли финансовые потоки. Так, главный финансовый администратор «Энрон», Эндрю Фастоу, разработавший эту грандиозную схему, получил от деятельности одного из офшоров более 30 млн дол., а его помощник Майкл Коппер — 10 млн дол. Таким образом, возник конфликт интересов корпорации и ее служащих.

Вы подумаете, что такая мощная и безубыточная корпорация платила много налогов? Совсем нет. Ведь балансовая прибыль и прибыль для целей налогообложения – это разные вещи. А в «Энрон» они были фантастически разными. Данные, которые показывались акционерам и налоговым властям — резко отличались.

Все долги и расходы налоговикам предоставлялись в полном объеме. В результате для налоговых органов корпорация была совершенно убыточной. Поэтому налог на прибыль «Энрон» не платил вообще. Более того — он из казны получал большие налоговые возмещения. За период 1996–2000 гг. было получено, в общей сложности, 380 млн дол.

«Сколько верёвочке не виться…»

Поймать «на горячем» мошенников было чрезвычайно сложно. Ведь на них работали самые опытные и высокооплачиваемые в мире юристы и бухгалтеры. Интересно, что каждая отдельная операция, контракт или налоговая калькуляция «Энрон» были законными или почти законными. И даже при судебном разбирательстве была высокая вероятность признания их таковыми. Но вечно это продолжаться не могло. Спрятанные долги накапливались и росли. Рано или поздно они должны были всплыть.

И это произошло в 2001 г. — первом году нашего века. Новый год «Энрон» начала с новым президентом. Ее возглавил Джеффри Скиллинг. Но Кеннет Лей не ушел, а переместился в кресло председателя совета директоров. Пока новый руководитель вникал в суть дел, прошло полгода. А «прозрев», он испугался и ушел в отставку. Тем не менее, позже он давал свидетельские показания и доказывал, что не виновен.

В августе «Энрон» снова возглавил Кеннет Лей. Видя, что катастрофа неминуема, он, прежде всего, сбросил принадлежавшие ему акции «Энрон» (на сумму более 20 млн дол.) и продолжал убеждать акционеров, что дела идут блестяще. То же делали и многие другие руководители корпорации. Поэтому их обвиняют и в неправомерном использовании инсайдерской информации.

В октябре 2001 года, когда подошел срок сдачи квартальной отчетности, дальнейшее сокрытие долгов оказалось уже невозможным. И «Энрон» объявляет об убытках на сумму 638 млн дол., а также об уменьшении собственного капитала корпорации на 1,2 млрд дол. Убытки были списаны на офшорные махинации главного бухгалтера Эндрю Фастоу, которого сразу же уволили.

Последовало резкое падение акций корпорации. Запахло катастрофой. Лей обратился за помощью к правительству, надеясь на «особые дружеские отношения». Но его ждал удар. У Кабинета министров были свои соображения, и Комиссия по ценным бумагам начала расследование в отношении возможного конфликта интересов при операциях с офшорами.

А ситуация всё ухудшалась. В ноябре «Энрон» был вынужден еще раз пересмотреть отчетность. И прибыль за последние пять лет была уменьшена на 586 млн дол., а долги увеличились еще на 2,5 млрд дол. Акции корпорации, еще в начале года державшиеся на уровне примерно 80 дол. за штуку, рухнули до уровня ниже 1 дол.! Это была катастрофа…

Как и следовало ожидать, от бывшего преуспевающего гиганта быстро отмежевались все. В декабре 2001 г. корпорация объявила о банкротстве, которое стало крупнейшим банкротством в американской истории. Были уволены более 4 тысяч сотрудников в США и более тысячи — в Европе.

Пострадала даже теща нынешнего американского президента — Дженна Уэлш. На акциях «Энрон» она потеряла целых 8 180 дол. Особенно хорошо эта цифра смотрится на фоне тех сотен тысяч долларов пенсионных сбережений, которые в результате банкротства потеряли рядовые сотрудники «Энрон». Выяснилось, что сгорели пенсионные сбережения на сумму около 1 млрд дол., которые пенсионный фонд, контролируемый самой корпорацией, вложил в акции корпорации. Теперь они не стоили ничего. Помимо фонда самой корпорации в ее акции были вложены средства и других частных пенсионных фондов Америки на сумму около 500 млн. долларов. Сгорели пенсии государственных служащих, учителей, полицейских и пожарных.

Затем последовало уголовное расследование. Естественно, что, прежде всего, заинтересовались аудиторами. И выяснилось, что сотрудники аудиторской компании «Артур Андерсен», будучи участниками аферы, сами и разрабатывали схемы мошеннических операций. Они же, в преддверии катастрофы, уничтожили огромное количество документации. Компания «Артур Андерсен» была признана виновной в препятствовании правосудию. После этого одна из ведущих аудиторских фирм мира фактически прекратила свое существование.

В январе 2002 г. покончил с собой бывший вице-президент корпорации Клифф Бакстер. А в августе редактор экономического отдела газеты «Нью-Йорк таймс» Аллан Майерсон выбросился из окна своего офиса, расположенного на 11-м этаже. Именно Майерсон был автором разоблачительных материалов о финансовых махинациях энергетической компании «Энрон».

Расследованием событий, предшествовавших банкротству «Энрон», занимаются сразу несколько ведомств — ФБР, Министерство юстиции, Министерство труда. Разумеется, не остался в стороне и Конгресс, подключившийся к расследованию чуть ли не быстрее всех: ведь затронуты интересы стольких избирателей!

Один из главных обвиняемых в деле — Эндрю Фастоу, главбух корпорации и предполагаемый автор преступной схемы. В октябре 2002 г. ему было предъявлено обвинение в мошенничестве, а заодно в отмывании денег, в преступном сговоре и т. д. За махинации ему грозит сорок лет тюрьмы.

Глава «Энрона» Кеннет Лэй отвергает все предъявленные ему обвинения. Властям он сдался сам, поэтому рассчитывает на снисхождение. Ему грозит «всего» 175 лет тюрьмы.

Кто виноват?

В неловкой ситуации оказались некоторые члены администрации президента. Выяснилось, что вице-президент Р. Чейни и его советники в 2001 г. шесть раз встречались с руководством «Энрона». Последняя такая встреча состоялась менее чем за месяц до объявления ее банкротства. От ведения расследования дела компании «Энрон» отказался министр юстиции США Дж. Эшкрофт. Согласно информации опубликованной в СМИ, в период выборов в сенат он получил от «Энрона» 60 тыс. дол.

И сам Джордж Буш был вынужден выступить с официальным заявлением, отрицая факт, что администрация знала о финансовых трудностях и предстоящем банкротстве «Энрона» и обещал провести тщательное расследование.

Скандал разгорается и разбирательства, очевидно, будут долгими. В тяжбу втягивается ряд ведущих американских и зарубежных банков (в том числе Citigroup и J. P. Morgan Chase). Впрочем, эксперты считают, что обманутым вкладчикам будет нелегко доказать в суде свои обвинения против банкиров.

Скандал перекинулся и за океан. Так, в Великобритании «Энрон» выступал спонсором лейбористской партии, которая и победила на выборах. Теперь консерваторы обвиняют лейбористов в том, что те в качестве благодарности проводили энергетическую политику страны с выгодой для «Энрон».

Крах компании «Энрон» вызвал цепную реакцию в американской экономике. Сотни компаний, применявших аналогичную практику «творческого бухучета», оказались под ударом и вынуждены были ревизовать свою отчетность. Из корпораций, котирующихся на американских биржах, 10% пересмотрели свои финансовые результаты за последние пять лет. Многих это привело к фатальным последствиям.

Американское общество, и, прежде всего, бизнес-элита и политики всерьез задумались об отношениях бизнеса и власти, о роли коммерческих структур в финансировании избирательных кампаний, о влиянии энергетических компаний на политику страны, о конфликте интересов при одновременном оказании консультационных и аудиторских услуг.

Американское законодательство теперь ужесточило требования даже к иностранным компаниям. К тем, акции которых котируются на американских биржах (ведь на одной только Нью-Йоркской бирже представлены 1300 иностранных эмитентов). К ним применяются те же требования, что и к американским компаниям, в том числе в отношении правил составления отчетности и ее заверения.

Так, руководство компании должно подписать баланс не иначе как под присягой, что автоматически переводит предоставление неверных данных в разряд уголовного преступления (лжесвидетельство). Так что немалый срок в американской тюрьме может получить и директор, например, котирующейся в США российской компании (а таких на данный момент пять), если в США решат, что ее финансовая отчетность не соответствует американским стандартам.

Всё это вызывает раздражение даже ближайших союзников США, например, Германии, у которой имеется свое законодательство против мошенников. Зарубежные бизнесмены недовольны вмешательством США в дела их компаний. Эти односторонние действия со стороны американской Фемиды характеризуются ими как «экономический империализм».

Но главное — банкротство «Энрона» выявило серьезные проблемы, связанные с американской системой финансовой отчетности публичных компаний (Generally accepted accounting principles, GAAP).

На основе этой системы, а также ее европейского аналога IAS (International Accounting Standards) строят свою отчетность все публичные корпорации мира. Сегодня эффективность системы, призванной обеспечивать достоверной информацией инвесторов, кредиторов и партнеров по бизнесу, оказалась под большим вопросом. Можно смело предположить, что стандарты раскрытия информации, особенно в части забалансовых операций и сделок менеджмента, будут ужесточены и в других странах.